domingo, 18 de outubro de 2015

BRICS, БРИКС/Russian Operation in Syria: International Law/Российская операция в Сирии и международное право

04.10.2015, Strategic Culture Foundation (Russia), Фонд стратегической культуры (Россия)

On Sept. 30 Russian President Vladimir Putin announced the commencement of Russian military operations in Syria. One of the most important premises of the president’s speech was found in his statement that Russia is taking part in this anti-terror operation with strict regard for international law. Let us take a closer look at the legal aspects of Russia’s actions.
First of all, we should say a few words about the legitimacy of the actions taken by Russia’s leaders in terms of Russian domestic law.

In accordance with Article 10 of the Federal law «On Defense» (1996), the armed forces of the Russian Federation may be utilized to carry out tasks in accordance with the Russian Federation’s international treaties. They may be deployed under the conditions and in the manner stipulated in those treaties and established by the legislation of the Russian Federation.

The involvement of Russia in military operations in Syria stems from the need to combat terrorism. This kid of operations are regulated by Article 4 of the Federal Law«On Countering Terrorism» (2006), and the Russian Federation is working in accordance with that law to counter terrorism, along with foreign states and their law-enforcement agencies and security services, as well as with international organizations. Article 5 of that law gives the President of Russia the right to make decisions in the prescribed manner to deploy units of the armed forces of the Russian Federation, as well as special
operations detachments, outside the borders of the Russian Federation in order to prevent terrorist activities. This law couples the country’s national interests with the fight against terrorism beyond Russia’s borders.

While announcing the launch of operations in Syria, Putin emphasized that there are a considerable number of Russian expatriates in the ranks of the Islamic State (IS) and that «if they succeed in Syria, they will inevitably return to their own countries, including Russia». Vladimir Putin also noted that those fighting as part of IS include «thousands of people» from «Europe, Russia, and the countries of the former Soviet Union», and the President’s chief of staff, Sergei Ivanov, has claimed that this number «is growing not by the day but by the hour». Hence the need for proactive steps. «Many may have forgotten»,claimed Ivanov, «but in the early 90s, we did almost the same thing in Tajikistan».

According to the Russian Constitution, the Russian President may deploy the armed forces of the Russian Federation outside the borders of the Russian Federation only with the consent of the Federation Council. Such consent was given on Sept. 30 by a unanimous vote. We also note that the Chairman of the Federation Council has stated that not only were federal requirements obeyed, but also internal statutes – in particular, the issue received a preliminary discussion at a meeting of the three committees of the upper house – the Federation Council Committee on International Affairs, the Federation Council Committee on Defense and Security, and the Federation Council Committee on Constitutional Law. The meeting on the issue was held behind closed doors, but it is also explicitly stipulated by the Regulations of the Federation Council.

And both the request of the President of the Russian Federation, as well as the Federation Council’s decree, specify that any contingent of the Russian armed forces in Syria be deployed on the basis of universally recognized principles and norms of international law. This phrase means that not only the very decision to utilize the armed forces of the Russian Federation, but also the actions of the Russian forces, are bound by the provisions of such vitally important international legal documents as the Geneva Convention and other statutes of international humanitarian law.

All of the above applies to the domestic aspect of the legal basis for deploying the armed forces of the Russian Federation in Syria.

Second, Russia’s actions are in full compliance with the fundamental principles of modern international law and, above all, the principle of state sovereignty. Russian military assistance to Syria is provided based on a request received from the legitimate government of the Syrian Arab Republic.

The launch of the Russian military operation in Syria coincided with a special session of the UN Security Council (UNSC) devoted to the fight against international terrorism. Preparations for that meeting were made in August, when Russia circulated its policy brief on the problems associated with the fight against terrorism. At the same time, Russia’s entrance into the fight against international terrorism in Syria should be evaluated within the context of that UNSC session, since it was during that meeting that Russia proposed a draft UNSC resolution on the establishment of an international coalition to battle the Islamic State in Syria. That draft was presented by Russian Foreign Minister Sergei Lavrov.

The Russian draft of the UNSC resolution contains three main ideas. First, there is the suggestion to unite the efforts of those who are able to make a real contribution to the fight against terrorism (Iraq, Syria, the Kurdish militia, armed detachments of the patriotic Syrian opposition, etc.). There is a particular emphasis that the UN Security Council should be responsible for coordinating these efforts. It is interesting to note that the Russian draft proposes the creation of an agency that has existed on paper since 1945, but which has still not been created – the UN Military Staff Committee. Second, the Russian draft stipulates that inter-Syrian dialog be revitalized, based on the Geneva Communiqué of June 30 2012. Finally, the third major idea in the Russian draft is the provision of inclusive and balanced external support for the political process, which would involve Russia, China, the US, Saudi Arabia, Iran, Turkey, Egypt, the UAE, Jordan, Qatar, and the EU.

Russia’s opponents may point to the fact that the military operation began, not after its approval by the UN Security Council, but at the same time that the draft resolution supporting that operation was introduced within the UNSC. Here it is important to keep two factors in mind. First, the legality of the Russian operation is not based on a UNSC resolution (which can be adopted or not), but on a request received from the legitimate government of Syria. Second, Russia is trying to also steer the actions of Western countries in Syria onto a legal course. Today a number of countries (the US, Australia, and France) are already using their combat aircraft to attack IS positions.

The Russian President has clearly stated that the fight against international terrorism must be conducted solely in strict compliance with international law. This means – within the framework of UN Security Council resolutions or at the request of the country in need of military assistance. The Western nations that are currently in Syria have neither of those. Nevertheless, Russia has stated that it considers it possible and feasible to unite the efforts of all interested states in order to fight against international terrorism and to work together, based on the UN Charter.

Russian military assistance to Syria, which is in full compliance with domestic and international law, also represents an extremely important new phenomenon in international politics – namely, a daring attempt to halt the process of the destruction of the UN and to safeguard progressive international law.


BRICS, БРИКС/Российская операция в Сирии и международное право
01.10.2015, Фонд стратегической культуры (Россия)
Strategic Culture Foundation (Russia)

30 сентября президент России В.В.Путин объявил о начале российской военной операции в Сирии. Одним из важнейших тезисов выступления президента стало заявление о том, что участие России в антитеррористической операции в Сирии осуществляется строго в соответствии с международным правом. Рассмотрим правовые аспекты действий России подробнее.

Во-первых, следует сказать о законности действий российского руководства с точки зрения внутригосударственного права.

В соответствии со статьёй 10 Федерального закона «Об обороне» (1996 года) применение Вооруженных Сил Российской Федерации может быть осуществлено для выполнения задач в соответствии с международными договорами Российской Федерации. Оно осуществляется на условиях и в порядке, оговоренных в этих договорах и установленных законодательством Российской Федерации.

Участие России в боевых операциях в Сирии обусловлено необходимостью борьбы с терроризмом. Здесь вступает в силу статья 4 Федерального закона «О противодействии терроризму» (2006 года), согласно которой Российская Федерация сотрудничает в области противодействия терроризму с иностранными государствами, их правоохранительными органами и специальными службами, а также с международными организациями. Статья 5 этого же закона предоставляет президенту России право принимать решение в установленном порядке об использовании за пределами территории Российской Федерации формирований Вооруженных Сил Российской Федерации и подразделений специального назначения для борьбы с террористической деятельностью. Данный закон увязывает борьбу с терроризмом за рубежами страны с её национальными интересами.

Сообщая о начале операции в Сирии, президент РФ В.В.Путин подчеркнул, что в рядах «Исламского государства» (ИГ) находится значительное число выходцев из России и «если они достигнут успеха в Сирии, то неминуемо вернутся в свои страны, придут и в Россию». При этом если В.В.Путин сообщил, что число сражающихся в ИГ составляют «тысячи лиц» из «Европы, России и постсоветских стран», то глава Администрации Президента С.Б.Иванов заявил, что это число «растёт не по дням, а по часам». Отсюда необходимость действий на опережение. «Многие, возможно, уже забыли, - заметил С.Б.Иванов, - но в начале 90-х годов мы практически делали то же самое в Таджикистане».
Согласно Конституции России, президент РФ может использовать Вооруженные Силы Российской Федерации за пределами территории Российской Федерации только с согласия Совета Федерации. Такое согласие было получено 30 сентября, и решение было принято единогласно. Отметим также заявление председателя Совета Федерации о том, что были соблюдены не только федеральные нормы, но и внутренние акты СФ ФС РФ, в частности вопрос предварительно обсуждался на заседании трех комитетов верхней палаты – комитета СФ по международным делам, комитета СФ по обороне и безопасности и комитета СФ по конституционному законодательству. Заседание проводилось в закрытом режиме, но это прямо предусматривается Регламентом Совета Федерации.

И в запросе президента РФ, и в постановлении Совета Федерации имеется указание на то, что использование контингента Вооружённых Сил РФ в Сирии будет осуществляться на основании общепризнанных принципов и норм международного права. Данная фраза означает, что не только само решение о применении ВС РФ, но и действия российского контингента будут связаны положениями таких важнейших международно-правовых документов, как женевские конвенции о защите жертв войны и другие акты международного гуманитарного права.

Это что касается внутригосударственной составляющей правовой обоснованности применения ВС РФ в Сирии.

Во-вторых, действия России находятся в полном соответствии с основными принципами современного международного права, и прежде всего принципом суверенитета государств. Российская военная помощь пришла в Сирию на основании просьбы законного правительства Сирийской Арабской Республики.

Начало российской военной операции в Сирии совпало со специальным заседанием Совета Безопасности ООН по борьбе с международным терроризмом. Это заседание готовилось с августа, когда Россия распространила свою концептуальную записку по проблемам борьбы с терроризмом. В то же время вступление РФ в борьбу с международным терроризмом в Сирии следует оценивать в контексте состоявшего заседания Совбеза, так как именно на этом заседании Россия предложила проект резолюции СБ ООН о создании международной коалиции по борьбе с «Исламским государством» в Сирии. Проект представил министр иностранных дел России С.В.Лавров.

Российский проект резолюции СБ ООН содержит три основных идеи. Во-первых, предлагается объединить усилия тех, кто способен внести реальный вклад в борьбу с террористами (Ирак, Сирия, курдские ополчения, вооруженные отряды патриотической сирийской оппозиции и т.д.). Особо подчёркивается, что координация этих усилий должна осуществляться Советом Безопасности ООН. Интересно обратить внимание на то, что российский проект предлагает создание органа, который существует на бумаге с 1945 года, но так до сих пор и не создан. Речь идёт о Военно-штабном комитете ООН. Во-вторых, российский проект предусматривает активизацию межсирийского диалога на основе Женевского коммюнике от 30 июня 2012 года. И наконец третья главная идея российского проекта - обеспечение инклюзивного и сбалансированного внешнего сопровождения политического процесса с участием России, Китая, США, Саудовской Аравии, Ирана, Турции, Египта, ОАЭ, Иордании, Катара и ЕС.
Оппоненты России могут указывать на то, что военная операция началась не после одобрения её Советом Безопасности ООН, а одновременно с внесением в СБ ООН проекта резолюции, поддерживающей эту операцию. Здесь важно иметь в виду два аспекта. Во-первых, законность российской операции основывается не на резолюции СБ ООН (которая может быть принята или нет), а на просьбе законного правительства Сирии. Во-вторых, Россия пытается направить в законное русло и действия западных стран в Сирии. Сегодня уже ряд государств (США, Австралия, Франция) использует свою боевую авиацию для нанесения ударов по позициям ИГ. Президент России чётко указал, что борьба с международным терроризмом должна вестись исключительно в строгом соответствии с международным правом. То есть в рамках резолюций Совета Безопасности ООН или по просьбе страны, нуждающейся в военной помощи. Ни того, ни другого у западных стран в Сирии нет. Тем не менее Россия заявила, что считает возможным и целесообразным объединить усилия всех заинтересованных государств в борьбе с международным терроризмом и строить совместную работу, опираясь на Устав ООН.

Российская военная помощь Сирии, полностью соответствуя внутригосударственному и международному праву, вместе с тем предстаёт чрезвычайно важным, новым явлением международной политики, а именно - радикальной попыткой остановить процесс разрушения ООН и сохранить прогрессивное международное право. 

Nenhum comentário: